Лес будущего: как в Германии спасают деревья от засухи и короеда
В рамках европейского проекта SUPERB создаются смешанные леса, способные противостоять изменению климата и сохранять экономическую ценность.
С обзорной башни Лормекке-Турм в лесном парке Арнсберг в Германии когда-то открывался вид на плотный полог гигантских норвежских елей. Сегодня посетители видят оголённое плато: деревья были уничтожены в 2018 году в результате катастрофического нашествия короеда. Основы для массового отмирания деревьев закладывались годами — бури и засуха создали идеальные условия для размножения вредителей.
По данным Всемирной метеорологической организации, 2024 год стал первым, когда глобальное потепление превысило уровень 1,5 °C по сравнению с доиндустриальной эпохой. В более жарком мире учащение климатических катастроф угрожает способности лесов поглощать углерод, а также тысячам рабочих мест в туризме и лесной промышленности.
«Даже до катастрофы мы работали над тем, чтобы сделать лес более структурно богатым и разнообразным. Катастрофа заставила нас делать это быстрее», — отмечает Петра Тромпетер, сотрудница лесного департамента города Арнсберг.
Посадки быстрорастущих елей, созданные в Германии после Второй мировой войны для выплаты репараций, сделали леса Северного Рейна — Вестфалии уязвимыми к жаре, засухе и вредителям. Эксперты называют такую монокультурную модель высокорисковым лесным хозяйством. Естественные леса способны удерживать гораздо больше углерода, а диверсификация видов рассматривается как ключевое решение проблемы.
В рамках 20-миллионного проекта SUPERB, который ведёт Европейский институт леса при финансировании в рамках «Зелёного курса» ЕС, эксперты создали 12 демонстрационных площадок от Швеции до Испании. На участке в Арнсберге площадью 34 гектара специалисты высаживают смесь хвойных и лиственных деревьев, которые должны адаптироваться к более жарким и засушливым условиям будущего.
«Лучше рассматривать наихудший сценарий в качестве руководящего принципа», — говорит Маркус Линднер, руководитель отдела устойчивости Европейского института леса, объясняя логику выбора видов.
Хотя большинство экспертов сходятся во мнении о важности разнообразия, единого подхода к его достижению нет. При этом в Северном Рейне — Вестфалии правила охраны природы разрешают использовать только местные виды, что ограничивает возможности экспериментов.
Леса играют критическую роль в экономике Германии, обеспечивая поставку древесины, сотни тысяч рабочих мест и поддержку сельской экономики через экотуризм. Массовая гибель деревьев в популярном регионе Зауэрланд напрямую повлияла на туристическую привлекательность.
Многие владельцы лесов не могут позволить себе масштабное лесовосстановление без государственных субсидий. Владельцы питомников, такие как Петер Юнгерманн, отмечают финансовые риски при переходе на более требовательные лиственные породы, где ошибка в выборе сорта может стать угрозой для бизнеса.
Долгосрочное планирование осложняется и изменениями в политике. Ключевые законы «Зелёного курса» ЕС были смягчены под давлением бизнеса, а объём будущего финансирования восстановления лесов остаётся неопределённым. На этом фоне бюджет Германии на 2026 год отдаёт приоритет расходам на оборону и инфраструктуру.