Зерно как сырьё для топлива: почему биоэтанол в России пока остаётся проектом будущего
Эксперты отмечают, что быстрого решения проблем такие проекты не дадут: для запуска промышленного производства потребуются годы.
За это время ситуация на топливном рынке может нормализоваться, и биотопливо вновь окажется невостребованным.
Тема производства биотоплива из растительного сырья вновь стала актуальной в России. Поводом послужили сложности с поставками бензина и одновременно проблемы с экспортом зерна. Наиболее простым вариантом считается биоэтанол: его производят из зерна и применяют как высокооктановую добавку к бензину. Однако, по оценкам экспертов, быстро решить текущие проблемы такие проекты не способны — на запуск промышленного производства уйдут годы, сообщает «Российская газета».
Нормативные перспективы и промышленные ограничения
Президент Ассоциации предприятий глубокой переработки зерна «Союзкрахмал» Олег Радин указывает, что перспективы биоэтанола пока связаны не с рынком, а с нормативным регулированием. По его словам, использовать нынешний урожай для производства биоэтанола уже не получится: промышленной отрасли практически нет, а строительство новых предприятий займёт минимум 3–4 года.
Более быстрым решением могло бы стать задействование простаивающих спиртзаводов. Только в Северной Осетии, по оценке Радина, 9 предприятий ранее были готовы вложиться в такое производство. Их мощности позволили бы перерабатывать около 1 млн тонн зерна в год без строительства новых заводов.
Однако для производства биоэтанола существует множество препятствий. Попытки создать этот рынок в РФ предпринимались неоднократно, напоминает Радин. В 2017–2018 годах закон о биоэтаноле прошёл согласования, но без обнуления акциза фактически не заработал. В 2025 году акциз на денатурированный этанол при производстве АИ-92 установили на нулевом уровне. Одновременно не удалось увеличить допустимую долю этанола в бензине с 5% до 10%: соответствующие изменения в техническое регулирование не были приняты.
Регулирование и интересы участников рынка
Зампред Наблюдательного совета Ассоциации «Надёжный партнёр», член Экспертного совета конкурса «АЗС России» Дмитрий Гусев отмечает, что нефтяные компании могут смешивать этанол с бензином, однако производство и реализация спирта в России сильно зарегулированы. По его словам, опасения связаны в том числе с возможностью нелегального использования топливного спирта для производства алкоголя. В результате даже потенциально востребованный компонент оказывается сложным с точки зрения обращения.
При этом, считает Гусев, производить биоэтанол в РФ могли бы прежде всего аграрии, а не нефтяные компании. У последних много собственных задач, тогда как для производителей зерна такой проект мог бы стать способом расширить переработку внутри страны. Но без понятного спроса вкладываться в строительство мощностей они также не готовы.
Отсутствие рынка и долгосрочная диверсификация
«Ключевая проблема — нет рынка», — говорит президент Российской биотопливной ассоциации Алексей Аблаев.
По его словам, государство может заинтересоваться биоэтанолом в период дефицита топлива, но пока построит необходимые заводы, ситуация с традиционным топливом нормализуется, и биотопливо окажется опять ненужным. Именно поэтому, считает эксперт, речь должна идти не о реакции на очередные сложности с топливом, а о долгосрочной диверсификации рынка. Государство могло бы гарантировать производителям хотя бы часть спроса — например, обязать нефтяные компании использовать определённую долю биокомпонентов в общем объёме топлива. Тогда заводы не зависели бы полностью от текущей конъюнктуры.
В качестве ориентира Аблаев приводит американскую модель, где использование биоэтанола поддерживается нормативными требованиями. В результате США, несмотря на собственную мощную нефтяную промышленность, стали крупнейшим производителем биоэтанола.
Для РФ такая система могла бы иметь дополнительный эффект — создать постоянный внутренний спрос на зерно. При производстве около 40 млн тонн бензина в год добавка в 5% этанола — это порядка 2 млн тонн биоэтанола. Для этого объёма потребуется около 6 млн тонн зерна. А всего в стране выращивается около 135–140 млн тонн в год, из которых внутреннее потребление составляет около 80–85 млн тонн.
«Если мы хотим сглаживать колебания цен на зерно в России внутри, мы должны создавать внутренний спрос», — считает Аблаев.
Причём он предлагает рассматривать биоэтанольные мощности ещё и как резервную инфраструктуру. В отличие от крупных НПЗ, небольшие распределённые предприятия глубокой переработки сложнее вывести из строя, а их элеваторы одновременно создают запасы зерна. В случае серьёзного продовольственного кризиса сырьё можно было бы переориентировать с производства этанола на продовольствие и корма.
Экономика глубокой переработки и экологический аргумент
По текущим российским нормам в бензин можно добавлять 5% биоэтанола.
Экономика такого производства, по мнению Радина, наиболее убедительна в составе комплексов глубокой переработки зерна. Помимо этанола они выпускают крахмалопродукты, глютен, аминокислоты и другие продукты, благодаря чему постоянные затраты распределяются между несколькими направлениями. Сейчас глубокая переработка охватывает около 2% российского урожая — порядка 14 предприятий.
Отдельный аргумент в пользу биоэтанола — экологический. К тому же он куда более «вкусный» для автомобилей. По словам Аблаева, несмотря на действующие ограничения, для увеличения объёма бензина на рынке могут использоваться вредные высокооктановые присадки — монометиланилин (ММА/NMA), а также железо- и марганецсодержащие компоненты, включая ферроцен и MMT. Они негативно влияют на экологию и могут ускорять износ двигателя. В частности, свечи зажигания, рассчитанные более чем на 50 тыс. км пробега, при использовании такого топлива, по его оценке, могут выходить из строя уже через 5–10 тыс. км.
Ограниченные перспективы и альтернативы
Гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько не ожидает быстрого решения проблемы нынешних зерновых излишков за счёт таких проектов. Новые предприятия потребуют значительных инвестиций и минимум 1,5–2 года на запуск, тогда как экспортная и ценовая ситуация на зерновом рынке за это время может существенно измениться, поясняет он.
«То, что сняли акциз — это очень хорошо, но необходимы регламенты, которые легитимизируют (а лучше — сделают обязательным) его использование в топливной отрасли», — считает Рылько.
А производство биодизеля выглядит ещё менее перспективным направлением. Его делают из растительных масел и жиров, однако дефицита дизельного топлива в России сейчас практически нет, а масличное сырьё остаётся востребованным в пищевой промышленности. К тому же биодизель получается дороже традиционного.