Вся экология | Реклама | Что такое экология? | О нас | Подписка | RSS

Вся экология | Экологические новости



Опубликовано 26/04/2020, в 21 ч. 18 мин., 387 просмотров

В Чернобыле опасна не радиация, а волки

Четвертый энергоблок Чернобыльской АЭС, в котором в 1986 году случилась авария. Фото МАГАТЭ/Д.Сакетти

26 апреля – очередная годовщина Чернобыльской аварии. Что происходит со здоровьем людей, детьми переживших эту трагедию? Об этом Елене Вапничной рассказал Михаил Балонов – главный научный сотрудник российского Института радиации и гигиены и консультант Международного комитета ООН, который занимается последствиями атомной радиации.

МБ: Наблюдаются, в основном, те, кто были детьми во время чернобыльской аварии. И там, конечно, продолжается рост числа раков щитовидной железы. Причем, он включает и спонтанное увеличение заболеваемости, которое свойственно человеку. Скажем, у детей - очень низкий уровень фоновой, или спонтанной, заболеваемости, а у взрослых он растет довольно быстро. И вот те, кто были детками в 1986 году, они сейчас уже 30-летние, и у них спонтанным образом выросла эта заболеваемость. Одновременно за ними наблюдают - очень тщательно, современными методами диагностики, - это тоже способствует выявлению всех этих случаев рака. Наконец, то, что нас больше всего интересует, - это сколько из этих случаев рака обусловлены облучением.

Оказалось, что за последние 10 лет по сравнению с предыдущими 20 годами после чернобыльской аварии число случаев рака щитовидной железы в этой группе очень увеличилось, в сумме примерно втрое. Мы еще специально занимались выснением того, какая доля среди них вызвана радиацией. По результатам тщательного эпидемиологического анализа оказалось – около четверти. То есть, грубо говоря, из 20 тысяч случаев примерно 5000 все-таки вызваны радиацией.

Что нас дальше интересует – как это будет продолжаться, и уйдут ли они совсем. В принципе, доля радиогенных раков постепенно уменьшается, но данных пока мало. Это предмет наблюдения, и, конечно, эти исследования будут продолжаться столько, сколько будет возможно. Я думаю, что еще несколько десятилетий.

ЕВ: Я хотела уточнить. Вы сказали, что четверть составляет рак, связанный с радиацией. Но если вы исследовали детей - Вы сказали, 5 000 тех, кто был детьми в то время, - как можно тогда определить, связан ли он с Чернобылем?

То, что нас больше всего интересует, - это сколько из этих случаев рака обусловлены облучением

МБ: Нет-нет. Сейчас я вспомню размер когорты. По-моему, она составляла 18 миллионов человек. Это – все дети Украины, все дети Беларуси на 1986 год и четырых областей России. Вот из 18 млн человек сейчас образовалось примерно 20 тысяч – то есть, у каждого тысячного все-таки развился рак щитовидной железы. И вот из этих 20 тысяч – одна четверть, или около 5 тысяч, предположительно связаны с радиацией. Это те, кто были реально сами облучены. Некоторые из них были облучены внутриутробно: то есть матери были беременны в период чернобыльской аварии в мае месяце 1986 года. Если женщина была беременна, то ее плод тоже подвергся некоторому облучению, и у них тоже развилось некоторое количество этих раков. Но, конечно, беременных было не так много.

ЕВ: Я помню, когда вышел первый доклад, он вызвал шок у многих, потому что вывод его был в том, что физических последствий не так много после Чернобыля, но народ страдает от своеобразной психологической зависимости от помощи, живет в страхе все время, часто неоправданном. Изменились как-то выводы или нет?

МБ: Не очень-то. Я Вам назвал эти числа – примерно у 1 из 1000 детей того времени развился рак щитовидной железы. Не буду повторяться. И собственно это все – других медицинских последствий ученые не наблюдают.

ЕВ: То есть, других видов рака нет?

МБ: Нет, не обнаружены. Вы понимаете, радиационные эпидемиологи – охотники за сенсациями. Они были бы счастливы это найти. Но не находят.

Теперь о психологических последствиях. Конечно, то, что говорилось тогда, было более остро, более горячо и правильно. Сейчас эти страсти поулеглись, и уже гораздо меньше людей придают этому значение в наших трех странах, да и в Западной Европе. Зато, сохраняется такой, я бы сказал, материальный интерес.

Например, люди, проживающие в России на этих загрязненных территориях и считающиеся пострадавшими от Чернобыля, получают некоторые выплаты. Они этому очень рады и, конечно, придают этому большое значение. Россия платит, у России эти деньги есть.

Белоруссия давно перестала платить индивидуальные выплаты, я думаю, лет уже 15 назад. Они перевели эти деньги в другую форму. Деньги, выделенные на Чернобыль, они вкладывают в улучшение инфраструктуры, построение больниц, школ и так далее. На Украине все сложнее, потому что там экономическое положение посложнее. Теоретически их выплаты должны продолжаться, но у них бывают чисто экономические проблемы с этим.

ЕВ: Если говорить о страхе, вернее – о его ослаблении – я знаю, что в Чернобыле уже даже развивается туризм, и многие иностранцы жаждут туда поехать. Насколько это опасно или не опасно?

МБ: Они же приезжают не в самые грязные места. Во-вторых, они приезжают на день-два. Обычно это дневная экскурсия: утром выехали из Киева, вечером – вернулись в Киев. Еще когда я работал в МАГАТЭ десять лет назад, мы делали такие рекомендации, что в такой период невозможно подвергнуться серьезному облучению, и риски, связанные с этим, абсолютно ничтожны. Там более опасно быть съеденным волками, потому что там очень много развелось живности. Там же рай на земле для живой природы: людей там нет, а есть прекрасные леса, реки, озера. Это совершенно чудная природа украинского и белорусского полесья, и там живность развилась совершенно удивительным образом. Туда переселили лошадей Пржевальского. По-моему, в 1995 году украинцы перевезли туда когорту этих животных, выпустили, и они там, как в раю, развиваются. Хищники есть: про волков я не шучу.

ЕВ: Но разве они не заражаются там?

МБ: Да, они, конечно, подвергаются несколько повышенному облучению, но уровень уже такой, который ни к каким реальным последствиям не приводит. Эффекты на животных, конечно, были, и очень даже серьезные. Но были они, в основном, в 1986 году. Там были высокие уровни [радиационного фона], там звери некоторые подвергались большим дозам. А сейчас это можно выявить с большим трудом. То есть они биологически есть, но на  состояние здоровья и размножение животных они никак не влияют.







Источник




Комментарии

Популярные новости:

Архив новостей:

Экопортал не гарантирует достоверность материалов. Позиция Экопортала не всегда может совпадать с позицией, изложеной в материале. Экопортал не несет ответственности за какие-либо ошибки, также за какие-либо действия, предпринятые на основании этих материалов.

© ECOportal 2002-2020 гг.

Вся экология: Новости, Архив новостей, Пресс-релизы, Экспорт новостей, Каталог организациий, Экологические ссылки, Добавить ссылку, Календарь событий, Добавить событие в календарь, Статьи, Книги, Рефераты, Законы и документы, Составы отходов, Экологический словарь, Доска объявлений, Голосования, Реклама на сайте, Рассылка, RSS, Обучение

Авторские права на материалы принадлежат Всероссийскому Экологическому порталу, за исключением тех, где явно указан автор. При полном или частичном цитировании всех материалов ссылка на Всероссийский Экологический портал обязательна. Все предложения по работе сайта отправляйте на электронный ящик администратора.

RSS лента
Rambler's Top100
Rambler's Top100